Верстание, пограничная служба и семья Сергея Григорьевича Анпилогова.
Курск и Обоянь: мерин, пищаль и два сына
В 1636 году курский служилый человек Сергей Григорьевич Онпилогов должен был служить «на меринке с пищалью» — на коне, с ружьём того времени. В 1640-м он явился пешим с рогатиной — тяжёлым копьём. В 1651-м Сергей Григорьевич Анпилогов записан в Обояни — снова с лошадью и огнестрельным оружием. Скорее всего, три списка показывают разные годы одной жизни.

Земельный оклад и настоящее оружие
Десятни составляли при смотре и раздаче жалованья: в них отмечали, кто пришёл, чем вооружён и какое обеспечение ему положено. Курская десятня 1636 года назначает Сергею 150 четвертей земли — на бумаге; реальное хозяйство обычно было куда меньше.
Конь для служилого человека был и главным богатством, и главной заботой. Лошадь, седло, пищаль, порох, запас еды на всё лето — всё покупалось за свой счёт. Неурожай, падёж скота или долги легко превращали конного воина в пешего.
Пять рублей за жизнь у новой крепости
В 1630–1640-х годах граница снова двинулась на юг. Крымские отряды ходили на Русь по степным дорогам — шляхам, и государство решило перегородить их сплошной линией крепостей и засек. В те же годы, в 1639-м, на реке Псёл, в шестидесяти километрах к югу от Курска, поставили и Обоянь. Жить в таких крепостях нужно было постоянно, а не наезжать на смену.
В обоянской десятне 1651 года Сергей получил пять рублей жалованья и обязался жить в крепости: строиться, пахать землю, держать лошадь и оружие.
В двух городах записан Сергей Григорьевич с вариантами фамилии. Вероятно, это один человек. Линия показывает сопоставление записей; документ о переводе и точный путь пока не найдены.
Казаки новой черты
Новые крепости заселяли не одними детьми боярскими. Рядом с ними служили люди «по прибору» — казаки, стрельцы, пушкари. Их не записывали в службу по отцу, а набирали из вольных людей и давали двор, пашню и жалованье. В июле 1637 года в Усерд, ещё одну крепость новой черты, набрали 105 вольных людей из разных городов в полковые конные казаки. Среди первопоселенцев — Антон Софонович и Пётр Гаврилович Онпилоговы: каждому дали 8 рублей на постройку двора, пищаль, порох и свинец, место под двор, пашню и сенокос.
Семья в одной строке
В обоянской десятне рядом с Сергеем записаны его сыновья: Сидор, 20 лет, и Еремей, 10 лет. В годы Сидора сыновей служилых людей обычно уже записывали в службу: семья растила себе смену.
Обоянская десятня 1651 года
- 1-е поколениеГригорийназван только в отчестве сына
- 2-е поколениеСергей Григорьевичгородовой сын боярский
- 3-е поколениеСидор20 летЕремей10 лет
Но и жизнь «на вечном житье» не защищала дом от сильных соседей. Другой служилый человек, Аким Анпилогов, оставил рассказ о том, как потерял своё поместье. Его история возвращает нас в знакомое по орловской книге Баздырево.
Для исследователейИсточники, оговорки и открытые вопросы этой главы
Курская десятня 1636 года. Смотр 18 марта 1636 года, РГАДА, ф. 210, оп. 4, д. 215; Сергей — л. 103 об. Строка пока занесена как наводка: фотокопию листа ещё предстоит получить. Смотр 1640 года сохраняет тот же оклад. S-KURSK-1636
Другие курские носители фамилии. Раньше Сергея записан Фёдор Григорьевич Онпилогов; другие списки называют Семёнов и Василия Семёновича. Совпавшее отчество делает братство Фёдора и Сергея возможным, но ни один источник не называет их братьями. Курский список начала 1630-х.
Обоянская десятня 1651 года. РГАДА, ф. 210, оп. 4, д. 228, лл. 39 об.–40; опубликована И. П. Бабиным и М. М. Озеровым (2017). Запись Сергея. Примерные годы рождения сыновей — 1631 и 1641; возраст самого Сергея не указан. S-OBOYAN-1651
Курск — Обоянь. Имя, отчество и редкая фамилия связывают обоянского Сергея с курским, но отдельного документа о переводе нет: путь остаётся вероятным. Родство Сергея с Акимом Анпилоговым не установлено.
Усерд, 1637. Роспись новоприборных полковых казаков: РГАДА, ф. 210, оп. 12, д. 85, лл. 131–134. Прежние города Антона и Петра, их родство между собой и с курскими Онпилоговыми не установлены.